После капитального ремонта в Гудауте открылся противотуберкулезный амбулаторный пункт в пятницу 22 марта. О том, кто оказал в этом помощь, как изменилась работа сотрудников этого пункта и какова общая ситуация с этим опасным заболеванием в Абхазии, читайте в материале корреспондента Sputnik.

Бадри Есиава, Sputnik

Подвал с удобствами

Первое, что бросается в глаза, когда заходишь в теплое белоснежное помещение противотуберкулезного пункта в Гудауте – это аппарат обеззараживания воздуха, чем-то напоминающий робота на колесах. Сотрудники пункта называют его своей гордостью и никак иначе.

Сейчас уже и не скажешь, что совсем недавно вместо этого кабинета был подвал районной поликлиники. Медсестра Саида Пкин, которая уже восемь лет работает с заболевшими туберкулезом, вспоминает, что в старом кабинете условия были ужасными. Больные делили одно пространство с другими посетителями поликлиники, чего быть не должно.

"Некоторые не хотели туда приходить из-за ужасных условий, и еще они стеснялись, так как были на виду. Сейчас они приходят даже тогда, когда не обязательно посещение, потому что обслуживание стало совершенно другим, кабинет с ремонтом и оборудованием", - поделилась Пкин.

Открытие противотуберкулезного пункта в Гудауте, приобретение необходимого оборудования и мебели стало возможным благодаря проекту "Горизонты" Программы развития ООН. Активное участие приняла местная общественная организация "Амра-2014". Этот пункт стал третьим по счету после сухумского и очамчырского.

На сегодняшний день здесь наблюдаются 17 пациентов.

"Если у пациента выявили туберкулез, ему назначают лечение. Если он не заразен, то пациента направляют по месту проживания, и в неделю один раз он приходит за лекарствами сюда в пункт. Каждый наш пациент находится под наблюдением, и лекарства выдаются бесплатно", - отметила Пкин.

Ввести обязательную вакцинацию детей от туберкулеза по всей Абхазии, без которой не принимали бы воспитательные и учебные заведения, предложила фтизиатр Гудаутского района Ольга Хусни.

"Надо донести до родителей, что туберкулез - это не та инфекция, при которой можно отказаться от вакцинации. Весь мир поборол эпидемию этого заболевания с помощью обязательной вакцинации, и надо разработать какую-то концепцию для нас. Учитывая ситуацию в стране, мы все де-факто инфицированы", - считает Хусни.

Во многих районах страны зафиксированы вялотекущие очаги туберкулеза в семьях, где не считают болезнь опасной, добавила она. Есть случаи смерти.

Заместитель постоянного представителя ПРООН Туя Алтангерель выразила надежду, что вслед за амбулаториями в Сухуме, Очамчыре и Гудауте вскоре удастся отремонтировать такой же пункт в Галском районе.

Первые после ремонта

Медсестра Светлана Камкия призналась, что после ремонта ее рабочее место стало неузнаваемым. В старом помещении стоял один ветхий топчан, а капельницу приходилось вешать на вбитый в стену гвоздь.

Противотуберкулезный амбулаторный пункт начал работать в Очамчыре в 2015 году, но ремонта он дождался только спустя три года. На сегодняшний день лечение там проходят 15 пациентов.

"Сейчас у нас семь регулярных пациентов. То есть это те пациенты, которые проходят лечение амбулаторно, принимая препараты дома. Также бесплатное лечение у нас получают восемь детей, которых заразили туберкулезом родители", - рассказала медсестра противотуберкулезного амбулаторного пункта в Очамчыре Жанна Шалашава.

Препараты присылают из Республиканского противотуберкулезного диспансера, но не всегда больные охотно их принимают, с сожалением добавила она. Дело в том, что некоторые, после того как им становится лучше, отказываются продолжать лечение, что губительно не только для них самих, но и для окружающих.

Шалашава призналась, что старается всячески информировать пациентов о сопутствующих этому заболеванию опасностях, но не каждый к этому прислушивается. Один пациент с открытой формой туберкулеза может заразить десятки людей.

Противотуберкулезный амбулаторный пункт был открыт в Сухуме после ремонта в марте 2017 года во Всемирный день борьбы с туберкулезом.

В рамках программы

Противотуберкулезная программа была запущена в Абхазии практически сразу после окончания Отечественной войны народа Абхазии международной организацией "Врачи без границ".

"С 2011 года эта программу постепенно начали сокращать, и обязанности за ее реализацию взял на себя Минздрав Абхазии. Была создана Национальная противотуберкулезная программа, цели и задачи которой заключаются в уменьшении распространения этого вируса, стабилизации ситуации", - рассказала руководитель противотуберкулезной программы Шазина Хурхумал.

К марту 2019 года по всей территории республики функционирует восемь амбулаторных пунктов, в каждом из которых работают по одному врачу и медсестре. С учетом численности населения Абхазии количество пациентов с туберкулезным заболеванием невысокое, считает Хурхумал.
"Зарегистрировано 110 случаев активного туберкулеза в Абхазии, из них 55 новых. Учитывая эти данные, эпидемиологическая обстановка в стране по этому заболеванию стабильная, не растет. Но настораживает то, что по всему миру растет количество случаев с устойчивой формой туберкулеза, которая требует гораздо более длительного и затратного лечения", - рассказала Хурхумал.

Многие пациенты, по ее словам, выезжают на лечение за пределы Абхазии, и данные о них отсутствуют в профильных медучреждениях Абхазии. Многие не готовы принять факт заболевания и отказываются от лечения, тяжело его переносят.

Такие случаи специалисты называют "дефолтами". Чаще всего, сказала Хурхумал, это связано с психологическим состоянием и отсутствием осознания всей серьезности последствий.

"Случаи "дефолта" – это большая проблема в нашей программе, к решению которой необходимо подойти со всех сторон, потому что у нас нет закона об обязательном лечении. Когда человек опасен для общества, мы не можем заставить его это делать", - отметила она.

В борьбе с туберкулезом также нужно учитывать социальное положение каждого пациента, некоторым из них необходима психологическая поддержка, уверена Щазина Хурхумал.

 

О том, почему школьники села Ачгуара в Очамчырском районе учатся в двух обычных частных домах, как добывают тепло и о чем мечтают, читайте в материале Sputnik Абхазия.

Бадрак Авидзба, Sputnik

Дома знаний

В Ачгуару мы ехали за клопом. Вернее, было интересно, как местные "охотники" собирают мраморного клопа, ставшего в последние годы бедствием для крестьян. Дело это хлопотное, но выгодное. За мертвых насекомых платят живые деньги. По дороге наши планы немного изменились. В одном из частных дворов увидели какое-то странно большое скопление детей. Оказалось, что два, на первый взгляд, обычных частных дома не что иное, как местная школа, а дети во дворе - это не их жители, а ученики.

© SPUTNIK / ТОМАС ТХАЙЦУК
Дети во дворе школы, играющие в футбол

Подъехав поближе, мы увидели на первом этаже одного из домов табличку "11", выяснилось, что это не адрес, а класс, который через несколько месяцев покинут выпускники. Очень интересно стало узнать историю такой необычной школы.

 

Дома обшарпанные, из старых окон "выглядывают" печные трубы, идет дым. Школу-дом отапливают по старинке – дровами. Внутри действительно домашняя обстановка, комнаты, конечно же, меньше, чем в обычной школе, но неудобств это никому не доставляет. Ребята признались, что здесь все относятся друг к другу благожелательно, царит семейная обстановка. 

© SPUTNIK / ТОМАС ТХАЙЦУК
Школу-дом отапливают по старинке – дровами

Во дворе ученики играли в волейбол. Не для развлечения, так  они готовились к районной спартакиаде в Очамчыре. Преподаватели говорят, что школа отличается только местом размещения, во всем остальном все идет по программе, участвуют в олимпиадах и спартакиадах.

Скоро новоселье

Учительская расположена на втором этаже. Нас встречает гостеприимная хозяйка – директор Заира Джгунджгия. В послевоенное время, вплоть до 1997 года, дети учились в обычном школьном здании, но из-за его ветхости оставаться там было небезопасно. Было принято решение заселиться в два пустующих сельских дома. Временное решение растянулось более чем на 20 лет. Весной 2018 года начались восстановительные работы в старом здании школы, и Джгунджгия рассчитывает, что следующий учебный год уже начать там.

© SPUTNIK / ТОМАС ТХАЙЦУК
Дети относятся друг к другу благожелательно, царит семейная обстановка

"Сейчас у нас 98 учеников, вначале было всего 12 школьников, но затем постепенно мы выросли. Надеюсь, что когда будет новая школа, учеников станет больше, думаю что будет около 130-140 человек", - говорит директор.

Пока многие семьи вынуждены вести своих детей в галскую и очамчырскую школы, два "ученических" дома в селе не могут физически принять всех желающих. Всех устраивает "домашнее" обучение, но директор сетует, что не хватает актового зала, чтобы проводить крупные школьные мероприятия.

© SPUTNIK / ТОМАС ТХАЙЦУК
Восстановление старой школы идет по намеченному плану

Прощаясь, учителя пригласили нас на новоселье в восстановленную школу, там будет больше места и условия получше, но при этом они признались, что покидать школу-дом им будет немного грустно – привыкли к этим стенам.

 

Мы заехали на стройку и застали на месте бригадира Рубена Гогохия, который заверил, что восстановление идет по намеченному плану, и уже в августе объект будет сдан.

 

Более месяца назад, 18 февраля, «Эхо Кавказа» рассказало о состоявшемся в тот день расширенном заседании парламентского комитета по аграрной политике, природным ресурсам и экологии, на котором обсуждались экономическая обоснованность и экологическая безопасность разведки и добычи нефти в Абхазии. Напомню, что информационной бомбой тогда стало выступление на заседании депутата Алмаса Джапуа, который сказал:

«Я бы хотел, чтобы мое заявление считалось официальным обращением в Генеральную прокуратуру. В 2014 году президентом Александром Золотинсковичем Анквабом и правительством во главе с Леонидом Ивановичем Лакербая были подписаны договоры с некоей компанией «Апсны-Ойл». Основной ее учредитель находится в оффшорах на Кипре. Мое предположение заключается в том, что это крупная коррупционная схема, организованная самими этими господами, в том числе Александром Золотинсковичем Анквабом. Это предположение должна проверить Генеральная прокуратура. Далее, его близкий друг и соратник Леонид Иванович Лакербая подписывает эти договоры, крайне не выгодные для Абхазии. Хочу особенно подчеркнуть для наших граждан: ни один литр этой нефти Республике Абхазия не принадлежит. И все разговоры о том, что у нас там есть доля, это банальное вранье».

Генпрокуратура тут же приступила к проверке заявления Джапуа. Между тем Леонид Лакербая подготовил многостраничный ответ парламентарию и другим своим оппонентам. (Александр Анкваб ограничился 18 февраля предельно кратким откликом: «нелепости невозможно комментировать»). Этот ответ стал частями, а также в сокращенном виде публиковаться в различных абхазских СМИ. Мы обсуждали с Лакербая возможность интервью с ним на «Эхе Кавказа». Но когда сегодня я позвонил ему, он сказал, что решил воздержаться. Ибо позавчера на заседании сессии абхазского парламента была сформирована комиссия из 12 человек во главе с председателем профильного комитета Астамуром Тарба по вопросам разведки и добычи углеводородного сырья на территории Абхазии, и он решил не контактировать со СМИ, пока не изложит свою позицию членам комиссии.

Что ж, пусть и Генпрокуратура, и парламентская комиссия занимаются взвешиванием аргументов сторон. Но мне кажется, будет небезынтересно познакомить нашу аудиторию не с полемической составляющей работы Лакербая, где он то и дело обвиняет Джапуа и других оппонентов во лжи, некомпетентости и так далее, а с той ее частью, где он делает экскурс в историю вопроса – 15-25-летней давности. Для этого у него есть достаточно информации, ведь Леонид Иванович был не только премьер-министром Абхазии во время президентства Анкваба, но и вице-премьером в 1992-1995 годах, а затем некоторое время возглавлял Министерство иностранных дел республики.

Итак, напомнив, что поисковые работы по нефти и газу проводились в Абхазии в советские времена вплоть до 1990 года, что в результате их были открыты Гудаутская и Очамчырская группы поднятий, Лакербая говорит, что вскоре по завершении Отечественной войны народа Абхазии 1992-1993 гг. в республике зашла речь о добыче нефти. Постановление кабинета министров от 31 августа 1995 года «О создании хозрасчетного опытного производственно-экспериментального участка по изучению возможностей добычи и переработки углеводородного сырья» было обусловлено сложным экономическим положением, усугублявшимся отсутствием достаточного количества нефтепродуктов. Примечательно, что за несколько дней до этого парламент страны отверг предложенный тогдашним российским руководством «Протокол о грузино-абхазском урегулировании», подразумевавший вхождение Абхазии в состав единого Грузинского государства.

«Ясно было, – говорит Лакербая, – что последствия дадут о себе знать. Дальнейшие события это подтвердили. Ситуация с горючим становилась критической. В январе 1996 г. Совет глав государств СНГ объявил Абхазии блокаду – экономическую, политическую, информационную. Пиком ее можно считать инцидент в начале марта 1996 г., когда танкеру с грузом дизтоплива из Турции не давали стать в Абхазии под разгрузку, требуя его досмотра в порту Поти из-за санкций СНГ. Аргументы, что Турция – не член СНГ, не срабатывали. Конечно, отсутствие горючего несло прямую угрозу нашей безопасности. Предстоявшая посевная срочно требовала горючего. Пришлось выводить БМП-2 на набережную в Сухуме и бить поверх российских сторожевых кораблей, не пускавших танкер в Сухумский порт. Все это можно было предвидеть из-за постоянно усиливавшегося давления на Абхазию».

Думаю, что этот инцидент 27-летней давности стал откровением не только для молодого поколения читателей. Даже мне, человеку, который и в ту пору активно работал в СМИ, он припоминается как нечто смутное, услышанное по сарафанному радио. Вот аналогичный инцидент, который окрестили «макароны по-флотски», когда российские пограничники отказывались пропустить в ту пору в блокадную, будем называть вещи своими именами, Абхазию, также турецкий корабль с грузом продовольствия, запомнился лучше – газета, которую я выпускал, о нем писала. Что касается случая с танкером, то информация о нем мелькнула, кажется, только на каком-то российском телеканале.

Но вернемся к нефти. Прекрасно помню, говорит Лакербая, что именно с попыткой добычи нефти, как считали тогда многие, было связано убийство депутата парламента, руководителя Госкомпании «Абхазтоп» Анатолия Какубава, благодаря усилиям которого весь военный период Абхазия не испытывала проблем с горючим – бензином, керосином, дизельным и печным топливом.

18 февраля 1998 года, по словам Лакербая, Сухум посетила Международная экспертная комиссия ООН по оценке ситуации в Абхазии. Комиссия дала оценку краткосрочных и среднесрочных потребностей Абхазии в социально-экономической сфере. В марте 1998 года Комиссия завершила свою работу и подготовила доклад по оказанию помощи Абхазии и механизму ее осуществления. В составе комиссии были консультанты из Продовольственной и Сельскохозяйственных организации ООН, Программы развития ООН, ЮНИСЕФ, Всемирной продовольственной программы, а также представители Всемирного банка. Последние активно включились в проблематику развития. Часть главы по этой тематике отведена в докладе проблеме транспортировки нефти.

Пункт 48 главы «Транспортировка нефти» гласит: «Перешеек «Новороссийск – Супса» мог бы пройти через территорию Абхазии. Второй важной особенностью такого соединения была бы возможность реабилитировать его в нефтяной терминал в качестве дополнительного выхода на Новороссийск, в особенности если учесть преимущественно хорошую погоду здесь в течение круглого года. Дополнительную гибкость системе может придать установка системы обратной перекачки между Супсой и Очамчирой в целях хранения нефти». Т.е. речь шла о транспортировке нефти через территорию Абхазии и строительстве морского нефтяного терминала.

28 июля 1998 года был издан указ президента В.Г. Ардзинба «О создании Абхазской международной нефтяной корпорации», и.о. руководителя которой (а это был Энвер Капба) в двухнедельный срок должен был представить предложения по организации деятельности корпорации. В Абхазию был осуществлен завоз оборудования на несколько десятков миллионов рублей.

Лакербая заявляет: «Тем, кто обвиняет меня в том, что тогда я был среди резких противников проекта, а сейчас веду себя иначе, хочу напомнить следующее: мы были в состоянии перманентной войны с Грузией, теряя при этом своих военнослужащих и гражданских. Ведь не прошло и двух месяцев после завершения майских событий в Гальском районе. Мое резко отрицательное отношение к проекту можно обозначить одной произнесенной тогда фразой: «По этому нефтепроводу к нам пойдут грузинские танки». Напомню, что проект был в итоге прекращен. Отмечу еще одну деталь: представители Всемирного банка проговаривали возможность в последующем ведения работ на шельфе, опираясь на большой опыт норвежцев в этом. Последняя известная мне попытка была предпринята в бытность Рауля Хаджимба премьер-министром страны (а это, напомню, 2003-2004 годы). Премьер вел переговоры с компанией «Лукойл». Надеюсь, все понимают, что «Лукойл» и тогда занималась добычей углеводородов, а не выпуском школьных альбомов для рисования».

Как полагает Лакербая сегодня, президент В.Г. Ардзинба отозвал премьера с переговоров в связи с появлением людей, желавших стать «кураторами» проекта. Мотивации у них были разные – от вложенных больших средств в оборону страны до «контроля».

После смены власти в стране уже при президенте Сергее Багапше прерванные переговоры с «Лукойлом» были возобновлены.

Виталий Шария

Эхо Кавказа

 

 

О том, как в одном из частных очамчырских домов появилась дорога на второй этаж, какие домыслы и легенды ходят вокруг этого и что было на самом деле, читайте в материале Sputnik.

Сария Кварацхелия, Sputnik

На границе Очамчыры и Гала еще издалека привлекает внимание двухэтажный дом с одной очень заметной и странной деталью. На второй этаж этого дома можно заехать, просто свернув с трассы.

В народе существует несколько версий. По одной из них, хозяйка дома прилюдно дала обет, что когда сын женится, то невестку она завезет на машине в дом прямо к спальне. По другой же, более печальной версии, у хозяина дома сын серьезно болел, и такой подъезд соорудили для его удобств.

Подъезжаем к дому с эстакадой. Хозяин возится в орешнике, оборачивается на звук подъехавшей машины.

- Сейчас открою вам проезд, – он направляется к своей частной эстакаде.

К любопытству проезжающих Алексею Гучуа не привыкать. Многие останавливаются, интересуются, для чего "дорога к дому", самые настойчивые даже проявляют желание проехаться по ней.

Алексей же всегда с радушной улыбкой распахивает перед ними ворота. И в этот раз, без лишних вопросов, он отпирает ворота. Но мы его останавливаем. Нам не нужен аттракцион с заездом на второй этаж, очень интересует сама история.

"Вы про то, что можно подняться на второй этаж? – уточняет Алексей Гучуа – Я сейчас вам все расскажу".

Брачный обет

Хозяин дома неторопливо открывает калитку и жестом приглашает нас во двор, где дружной оравой нам навстречу бросается выводок поросят.

"Когда у нас с женой появился сын, жена сказала, что, когда он женится, невесту он завезет в дом прямо на машине", – дает краткий обзор Алексей Гучуа, но история на этом не кончается.

Мечтам Тины, супруги Алексея, не суждено было сбыться. В 1985 году она скоропостижно скончалась, так и не увидев свадьбы сына.

После Алексей надолго забыл о данном женой обете. Да и не до этого было. В 1992 году началась Отечественная война народа Абхазии. Сын и дочь уехали. Только Алексей остался в Очамчыре.

После войны Гучуа решает исполнить мечту Тины. Он начинает строить дорогу к дому, в надежде, что когда-то сын вернется с невесткой и они обязательно заедут прямо в дом. Сразу на второй этаж.

"Я ездил на галский рынок, покупал там цемент в мешках, привозил домой на автобусе, потом сам все строил, заливал бетон. Все делал своими руками. Я и этот дом когда-то построил своими руками", – улыбается Гучуа.

Примерно через год Алексей возвел эстакаду. Всего он залил восемь тонн цемента. А вот, сколько арматуры ушло, мужчина уже даже не помнит.

Шесть лет назад мечта Алексея и его супруги Тины наконец сбылась. Спустя 20 лет сын впервые приехал с женой и, конечно, поднялся на машине к спальне.

Теперь у пенсионера другая мечта: чтобы по этой эстакаде проехался внук, когда приведет в дом невесту.

Эстакада оказалась непростой. Под ней Алексей соорудили что-то вроде огромной гостиной, где, по его словам, помещается до 200 человек.

"В прошлом году отмечал здесь свое 80-летие. Гостей было 200 человек. Все они поместились здесь, в подвале", – с гордостью подчеркивает Алексей Гучуа.

Сегодня Алексей занимается сельским хозяйством. Выращивает кур, поросят, ухаживает за садом.

Заработать на хлеб

Алексей Гучуа по-прежнему живет один в своем большом двухэтажном доме. Сын наведывается изредка.

У Алексея две тысячи корней фундука. Удивительно, но 80-летний мужчина сам справляется со своим совсем не маленьким хозяйством.

Фрукты, орех и поросят возит на галский рынок. Пенсии в 500 рублей на жизнь не хватит.

"А что делать? – задается он вопросом. – Вот, только сегодня парочку поросят продал на галском рынке. Цена на них полторы тысячи рублей. Немного, и все же".

Раньше Алексею не приходилось жаловаться. Доход от ореха был приличный. Но последние три года, как и у многих жителей восточной Абхазии, от фундука нет прока. Мраморный клоп уничтожает урожай. В этом году Алексей решил вырубить деревья.

"Потому что я от фундука ни копейки не получил за эти три года. Хочу заново все начать. Вырубил деревья, но орех дает ростки. Через несколько лет снова будет орех. Не знаю, что будет", – вздыхает он.

l

4 марта в городе Очамчыра в порту загорелся ангар с рыбной мукой.

Сообщение о пожаре поступило на пульт дежурного МЧС в половине первого. На тушение пожара выехало 6 пожарных расчетов и одна спасательная машина. Причина возгорания пока не известна.

«Пожар локализован, тушение ангара продолжается. Пламя не перекинулось на другие здания, пострадавших нет», – сообщил начальник пресс-службы МЧС Мизан Ломия.

Нужная газета

 

 

 

 

Страница 1 из 15
Яндекс.Метрика